20/11/2025
Максат Дуйсенов: история вокруг ARGA, Храбрых и Дуйсеновых — показательный пример создания мифов в информационном пространстве
Ситуация вокруг АРГА, Сергея Храбрых и семьи Дуйсеновых превращается в наглядную иллюстрацию того, как в постсоветском медиапространстве порождаются мифы — зачастую в стилистике классической российской пропаганды. Храбрых, используя публичный интерес к делу Максата Дуйсенова, формирует выгодный ему нарратив, манипулируя общественным мнением и выходя далеко за рамки правового поля.
⸻
АРГА, Храбрых и «защита» Максата Дуйсенова: слишком много противоречий
Сам Сергей Храбрых на YouTube заявил, что вступил в контакт с Transparency International и Асель Макен (или М.А.) — и что они якобы «бросились» защищать Максата Дуйсенова. Позднее Асель опубликовала письмо из прокуратуры о своём допуске к Максату Дуйсенову
Однако уже через несколько дней Храбрых объявляет её «самозванкой» и демонстрирует сомнительное письмо от Transparency International — происхождение которого вызывает вопросы (если это вообще не аккуратный фотошоп).
Здесь не просто нет логики — её не существует вовсе. Это стиль спецслужб позднего СССР и, неудивительно, самого Максата Дуйсенова. Место таких методов — точно не в Европе.
Письмо от Transparency International Germany выглядит сомнительно. Заявления Храбрых — противоречивы. Он скрывает свой действительный адрес и статус (разыскивается в СНГ), вещает с YouTube, бессистемно цитирует параграфы, смысл которых ему самому неясен. Риторика агрессивная, фактура плавающая, метод один и тот же: запугать, дезориентировать, предложить «услуги».
Любой адвокат подтвердит: подобные «активисты» наносят клиенту только вред. Но, если Максат Дуйсенов их не останавливает, возникает вопрос — кто оплачивает всю эту деятельность?
Кто финансирует Храбрых? Как он оплачивает услуги юристов? Откуда у «беженца» такой бюджет?
Также вызывает вопросы и сама структура ARGA, включая испанский сайт, где рекламируется экзотическая услуга «удаление из Интерпола». Это за пределами здравого смысла. Кто за этим стоит — неясно. Но запах русских спецслужб ощущается. Российский гражданин Кожамжаров — явно заинтересованное лицо.
⸻
Трагедия семьи Дуйсеновых: когда голос матери тонет в действиях сыновей
На фоне всей этой шумихи есть одна простая и человеческая деталь: мать М.Д., отчаявшаяся от несправедливости, которую чудили сыновья, записывает видеообращение, в котором просит у государства лишь одного — честного суда и соблюдения прав человека. Без крика, без политических лозунгов. Он не утверждает, что им грозит расправа или особенное преследование. Она верит в то, что суд будет именно в Казахстане, а не за границей.
И на другом полюсе — её сыновья.
Один, связанный с окружением Рахата Алиева, за короткий период стал мультимиллионером — совпавший по времени с карьерным ростом брата в финполе Атырау (см. дело Курмангалиева 2008 г.: НПЗ, масла, АЗС — всё, что можно было «отжать»). Асхат был банщиком в банном комплексе Алиева и, судя по всему, свидетелем убийства банкира с которым расправился Алиев. Но Асхата, естественно, отмазал тогда брат.
Другой — десятилетиями фигурировал в показаниях пострадавших как руководитель финпола, при котором пытки, рейдерство, взятки и фабрикации дел были частью «рабочего инструментария».
Количество людей, произносящих фамилию Дуйсеновых с ненавистью, огромно.
⸻
Активы, дома и чужая собственность
Публичные источники неоднократно указывали, что брат Максата Дуйсенова распоряжался активами, конфискованными финполом.
Дом стоимостью около 1,2 млрд тенге, где постоянно проживал Максат Дуйсенов, был оформлен на сторонних лиц, затем — на брата. «Подарили», «оформили», «переписали» — формулировки в этих историях меняются, но суть одна: практика распоряжения чужой собственностью вызывает массу вопросов.
⸻
Отголоски эпохи Рахата Алиева
Связи Дуйсеновых с окружением Рахата Алиева не выглядят случайными. Методы Алиева — пытки, давления, насильственные «решения вопросов», присвоение чужих активов — хорошо известны.
У Алиева не было собственного финпола. У Дуйсенова и Кожамжарова — были полномочия куда шире. Следствие указывает, что масштабы их деятельности могли превзойти многие эпизоды той эпохи. Речь идет о сотнях миллионов долларов, но важнее, что потерпевших напрямую десятки, а косвенно вся страна.
Государство пытается проработать то, что творил Кожамжаров и сделать невозможным повторение.
